Москва
Moscow
Москва
Moscow
Задача статьи – обзор и анализ трендов развития российской культурной географии начала XXI в., ее специфических особенностей и новейших научных достижений на фоне эволюции культурной географии в странах Запада. Выявлены сходства и различия в характере трансформации основных теоретических подходов, научных методов и предметных областей конкретных культурно-географических исследований в зарубежных странах и России. Важнейшие тематические разделы статьи охватывают наиболее значимые сегменты культурно-географических исследований в России в 2000-е – начале 2020-х годов. Показано, что главным фокусом становления российской культурной географии (после нескольких десятилетий забвения антропокультурных подходов в советский период) стало культурное ландшафтоведение. Охарактеризованы новейшие разработки российских культур-географов в области культурного ландшафта за первые десятилетия XXI в. Отечественная этническая география, в советский период развивавшаяся как часть географии населения, постепенно трансформируется в этнокультурную. Большое внимание уделяется соотношению этнической и региональной идентичности в полиэтничных регионах, этнокультурным аспектам географии природопользования, культурной географии коренных малочисленных народов Севера, Сибири, Дальнего Востока. Конфессиональная география – для России новое направление культурной географии, приобретшее большую актуальность в постсоветский период в условиях возрождения религиозной жизни в стране, отличающейся исключительной сложностью и мозаичностью конфессионального состава населения. В статье рассматривается и анализируется опыт российских разработок в области гуманитарной географии – совокупности исследовательских направлений, сфокусированных на изучении систем представлений о географическом пространстве в разных социокультурных контекстах. Подчеркиваются большая практическая значимость культурно-географических исследований и возможности их использования для целей регионального развития и оптимизации пространственной организации общества.
The article reviews and analyzes trends in the development of Russian cultural geography at the beginning of the 21st century, its specific features, and the latest scientific achievements with respect to the evolution of cultural geography in Western countries. Similarities and differences in the transformation of the main theoretical approaches, scientific methods, and subject areas of specific cultural and geographical studies in foreign countries and Russia are revealed. The most important thematic sections of the article cover the most significant segments of cultural and geographical research in Russia in the 2000s–early 2020s. It is shown that the main focus in the formation of Russian cultural geography (after several decades of neglecting anthropocultural approaches in the Soviet period) was cultural landscape science. The latest advances of Russian cultural geographers in the field of cultural landscape for the first decades of the 21st century are characterized. Domestic ethnic geography, which developed during the Soviet period as part of population geography, is gradually transforming to ethnocultural. Much attention is paid to the correlation of ethnic and regional identity in polyethnic regions, ethnocultural aspects of the geography of natural resource use, cultural geography of the indigenous peoples of the North, Siberia, and the Far East. Religious geography is a new direction of cultural geography for Russia, which has gained great relevance in the post-Soviet period in the revival of religious life in a country characterized by exceptional complexity and the diverse religious composition of the population. The article discusses and analyzes the experience of Russian developments in humanitarian geography—a set of research areas focused on studying systems of ideas about the geographic space in different sociocultural contexts. The great practical significance of cultural and geographical research and the possibility of their use for regional development and optimization of the spatial organization of society are emphasized.
The authors declare that there are no conflicts of interest present.