sergeogrИзвестия Российской академии наук. Серия географическаяIzvestiya Rossiiskoi Akademii Nauk. Seriya Geograficheskaya2587-55662658-697510.31857/S2587556625020029sergeogr-2933Research ArticleТЕРРИТОРИАЛЬНАЯ ОРГАНИЗАЦИЯ ОБЩЕСТВАTERRITORIAL ORGANIZATION OF SOCIETYОпыт классификации регионов России по динамике этнической мозаичности в постсоветский периодExperience of Classification of Russian Regions by the Dynamics of Ethnic Mosaics in the Post-Soviet PeriodТеренинаН. К.TereninaN. K.

Псков

Pskov

brazelon@yandex.ruКротокР. Н.KrotokR. N.

Псков

Pskov

roma.krotok@yandex.ruПсковский государственный университетРоссияPskov State UniversityRussian Federation202506112025892155164Copyright © Теренина Н.К., Кроток Р.Н., 20252025Теренина Н.К., Кроток Р.Н.Terenina N.K., Krotok R.N.Данная работа распространяется под лицензией Creative Commons Attribution 4.0.This work is licensed under a Creative Commons Attribution 4.0 License.https://izvestia.igras.ru/jour/article/view/2933

Российскими учеными детально изучены изменения в этнической структуре населения регионов страны, произошедшие в 1990-х и 2000-х годах. Расширить данный анализ позволяет вовлечение в научный оборот результатов переписи населения, состоявшейся в 2021 г. Цель исследования — выявление особенностей динамики этнической структуры населения субъектов Российской Федерации между переписями населения 1989 и 2021 гг. с опорой на показатели, характеризующие этническую неоднородность населения. В постсоветский период подавляющее большинство регионов страны испытывало положительную динамику доли русского или титульного (в национально-территориальных образованиях) населения. В этот период обозначилась тенденция к гомогенизации этнической структуры населения субъектов Российской Федерации. Несколько расширилось “русское мегаядро”, включающее области и края с долей русского населения свыше 90%, особенно в Сибири и на Дальнем Востоке. Среди национально-территориальных образований в этот период стали моноэтничными Чечня и Ингушетия. В большинстве других национально-территориальных образований также росла доля титульных народов, и во многих из них удельный вес титульных этносов в настоящее время превосходит половину населения и продолжает увеличиваться. Уменьшение доли титульного населения произошло лишь в семи национально-территориальных образованиях. Они расположены преимущественно на севере Европейской России: Карелия, Коми, Удмуртия, Марий Эл и Чувашия. Также к этой категории относятся Адыгея и Еврейская автономная область.

Russian scientists have studied in detail the changes in the ethnic structure of the population of the country’s regions that occurred in the 1990s and 2000s. This analysis can be expanded by including the results of the 2021 census in scientific circulation. The objective of the study is to identify the features of the dynamics of the ethnic structure of the population of the federal subjects of Russia between the 1989 and 2021 censuses based on indicators characterizing the ethnic heterogeneity of the population. In the post-Soviet period, the overwhelming majority of regions of the country experienced positive dynamics in the share of the Russian or titular (in national-territorial entities) population. During this period, a tendency towards homogenization of the ethnic structure of the population of the federal subjects became clearly evident. The “Russian mega-core” has expanded somewhat, including regions and territories with a Russian population share of over 90%, especially in Siberia and the Far East. Among the nationalterritorial entities, the Chechen and Ingush Republics became mono-ethnic during this period. In most other national-territorial entities, the share of titular peoples also grew, and in many of them the share of titular ethnic groups currently exceeds half of the population and continues to grow. A decrease in the share of the titular population occurred only in seven national-territorial entities. They are located primarily in the north of the European part of Russia: the republics of Karelia, Komi, Udmurtia, Mari El and Chuvashia. The Republic of Adygea and the Jewish Autonomous Oblast also belong to this category.

этнодемографияэтническая географияиндекс этнической мозаичностититульные этносынетитульное населениеethnodemographyethnic geographyethnic mosaic indextitular ethnic groupsnon-titular populationИсследование выполнено при финансовой поддержке РНФ в рамках проекта № 23-17-00005 “Этноконтактные зоны на постсоветском пространстве: генезис, типология, конфликтогенность”.The study was supported by the Russian Science Foundation within project no. 23-17-00005 “Ethnic contact zones in the post-Soviet space: genesis, typology, conflict potential”.ReferencesАндреев Е.М., Чурилова Е.В. Результаты Всероссийской переписи населения 2021 года в свете статистики текущего учета населения и переписей предыдущих лет // Демографическое обозрение. 2023. № 10 (3). С. 4–20. https://doi.org/10.17323/demreview.v10i3.17967Andreev E.M., Churilova E.V. The results of the 2021 AllRussian Population Census in the light of civil registration statistics and censuses of previous years. Demograf. Obozr., 2023, vol. 10, no. 3, pp. 4–20. (In Russ.). https://doi.org/10.17323/demreview.v10i3.17967Буфетова А.Н., Коломак Е.А. Национальная неоднородность в регионах России // ЭКО. 2017. № 4. С. 110–123.Bufetova A.N., Kolomak E.A. National heterogeneity in the regions of Russia. EKO, 2017, no. 4, pp. 110–123. (In Russ.).Буфетова А.Н., Коломак Е.А., Михалева М.М. Национальное разнообразие и экономическое развитие регионов России // Мир экономики и управления. 2017. Т. 17. № 3. С. 143–157. https://doi.org/10.25205/2542-0429-2017-17-3-143-157Bufetova A.N., Kolomak E.A., Mikhaleva M.M. National diversity and economic development of Russian regions. Mir Ekon. Upravl., 2017, vol. 17, no. 3, pp. 143–157. (In Russ.). https://doi.org/10.25205/2542-0429-2017-17-3-143-157Буфетова А.Н., Коломак Е.А., Хржановская А.А. Национальное и религиозное разнообразие регионов Сибири // ЭКО. 2018. № 5 (527). С. 28–44. https://doi.org/10.30680/ЕСО0131-7652-2018-5-28-44Bufetova A.N., Kolomak E.A., Khrzhanovskaya A.A. Nat ional and religious diversity of Siberian regions. EKO, 2018, no. 5, pp. 28–44. (In Russ.). https://doi.org/10.30680/ЕСО0131-7652-2018-5-28-44Горохов С.А. География религий: Циклы развития глобального конфессионального пространства. М.: ЮНИТИ-ДАНА, 2020. 235 с.Campos N., Saleh A., Kuzeyev V. Dynamic ethnic fractionalization and economic growth. J. Int. Trade Econ., 2011, vol. 20, pp. 129–152.Горохов С.А. Религиозная мозаичность как фактор экономического развития регионов современного мира // Вестн. Моск. ун-та. Серия 5: География. 2014. № 4. С. 56–61.Casey G., Owen A. Inequality and fractionalization. World Dev., 2014, vol. 56, pp. 32 –50.Дорофеева Д.Ю., Савоскул М.С. Изменение этнической мозаичности регионов России // Этническая демография: сб. Сер. Демографические исследования / под ред. И.А. Даниловой, О.А. Хараевой. М.: МАКС Пресс, 2010. С. 72–93.Ekkel’ B.M. Determination of the mosaic index of the national composition of the republics, territories and regions of the USSR. Sovet. Etnogr., 1976, no. 2, pp. 33–39. (In Russ.).Лысенко А.В., Азанов Д.С., Водопьянова Д.С. Этноконтактные зоны в системе этнокультурного районирования Северного Кавказа // Наука. Инновации. Технологии. 2013. № 1. С. 130–137.Fedderke J., Luiz J., de Kadt R. Using fractionalization indexes: Deriving methodological principles for growth studies from time series evidence. Soc. Indic. Res., 2014, vol. 85, pp. 257–278.Лысенко А.В., Водопьянова Д.С., Азанов Д.С. Этноконтактные зоны Северного Кавказа // Вестн. Ставропольского гос. ун-та. 2011. № 3. С. 165–170.Gorokhov S.A. Geografiya religii: Tsikly razvitiya global’nogo konfessional’nogo prostranstva [Geography of Religions: Cycles of Development of the Global Confessional Space]. Moscow: UNITY-DANA Publ., 2020. 235 p.Манаков А.Г. Геокультурное пространство северо-запада Русской равнины: динамика, структура, иерархия. Псков: Центр “Возрождение” при содействии ОЦНТ, 2002. 300 с.Gorokhov S.A. Religious fractionalization as a factor of regional economic development in the modern world. Vestn. Mosk. Univ., Ser. 5: Geogr., 2014, no. 4, pp. 56–61. (In Russ.).Манаков А.Г. Титульные народы республик России: этнодемографические тренды с 1939 года // Псков. регионологич. журн. 2022. Т. 18. № 2. С. 43–64. https://doi.org/10.37490/S221979310019231-7Greenberg J.H. The Measurement of Linguistic Diversity. Language, 1956, vol. 32, no. 1, pp. 109–115.Манаков А.Г., Сидорович А.А., Иванов И.А. Этнодемографические процессы на территории Прибалтики в период с 1959 по 1989 гг. // Вестн. Псков. гос. ун-та. Сер.: Естественные и физико-математические науки. 2024. Т. 17. № 4. С. 3–18.Dorofeeva D.Yu., Savoskul M.S. Changes in the ethnic mosaic of Russian regions. In Etnicheskaya demografiya. Sb. Ser. Demograficheskie issledovaniya [Ethnic Demography. Collection. Ser. Demographic Studies]. Danilova I.A., Kharaeva O.A., Eds. Moscow: MAKS Press Publ., 2010, pp. 72–93. (In Russ.).Набиева У.Н. Культурная география Дагестана. М.: Изд-во Института наследия, 2002. 210 с.Lysenko A.V., Azanov D.S., Vodop’yanova D.S. Ethnocontact zones in the system of ethnocultural zoning of the North Caucasus. Nauka. Innov. Tekhnol., 2013, no. 1, pp. 130–137. (In Russ.).Николаева Е.Д. Метаэтническая неоднородность городского и сельского населения на территории Казахстана и Средней Азии в 1939–1970 годах // Псков. регионологич. журн. 2024. Т. 20. № 4. С. 102–120. https://doi.org/10.37490/S221979310031931-7Lysenko A.V., Vodop’yanova D.S., Azanov D.S. Ethnocontact zones of the North Caucasus. Vestn. Stavropol’. Gos. Univ., 2011, no. 3, pp. 165–170. (In Russ.).Орлов А.Ю. Геодемографические исследования этноассимиляционных процессов (на примере населения Приволжского федерального округа) // География и природные ресурсы. 2011. № 1. С. 129–136.Manakov A.G. Geokul’turnoe prostranstvo severo-zapada Russkoi ravniny: dinamika, struktura, ierarkhiya [GeoCultural Space of the North-West of the Russian Plain: Dynamics, Structure, Hierarchy]. Pskov, 2002. 300 p.Орлов А.Ю. Историко-географические аспекты трансформации этнической структуры населения Российской Федерации // Региональные исслед. 2013. № 2 (40). С. 120–124.Manakov A.G. Spatial patterns in the transformation of the ethnic structure of the Russian population between the 1959 and 2010 censuses. Geogr. Nat. Resour., 2019, vol. 40, no. 2, pp. 106–114.Покшишевский В.В. Методы изучения этнической смешанности городского населения // Советская этнография. 1983. № 1. С. 16–23.Manakov A.G. Title peoples of the republics of Russia: ethno-demographic trends since 1939. Pskov. Regionolog. Zh., 2022, vol. 18, no. 2, pp. 43–64. (In Russ.). https://doi.org/10.37490/S221979310019231-7Салтыкова Ю.А., Салтыков А.С. Необходимость экспертной оценки результатов переписи населения России в 2021 г. / Экспертные институты в XXI веке: цивилизационные и цифровые концепции меняющегося мира: сб. науч. тр. Второй международ. науч.-практич. конф. / науч. ред. Т.И. Грабельных. Иркутск: Иркутский гос. ун-т, 2023. С. 305–307.Manakov A.G., Sidorovich A.A., Ivanov I.A. Ethnodemographic processes in the Baltic territory in the period from 1959 to 1989. Vestn. Pskov. Gos. Univ., Ser.: Estestv. Fiziko-Matem. Nauki, 2024, vol. 17, no. 4, pp. 3–18. (In Russ.).Сафронов С.Г. Современные тенденции трансформации этнического состава населения России // Балтийский регион. 2015. № 3 (25). С. 138–153.Montalvo J., Reynal-Querol M. Why ethnic fractionalization? Polarization, Ethnic Conflict and Growth. UPF Working Paper No. 660, 2002. 44 p. http://dx.doi.org/10.2139/ssrn.394926Сидоренко Н.А. Этническая мозаичность в реалиях этносоциальной истории Крыма ХХ века // В мире научных открытий. 2015. № 3.6 (63). С. 2798–2808.Nabieva U.N. Kul’turnaya geografiya Dagestana [Cultural Geography of Dagestan]. Moscow: Institut naslediya, 2002. 210 p.Сороко Е.Л. Этнически смешанные супружеские пары в Российской Федерации // Демографическое обозрение. 2014. Т. 1. № 4. C. 96–123.Nikolaeva E.D. Meta-ethnic heterogeneity of the urban and rural population in Kazakhstan and Central Asia in 1939–1970. Pskov. Regionolog. Zh., 2024, vol. 20, no. 3, pp. 102–120. (In Russ.). https://doi.org/10.37490/S221979310031931-7Стрелецкий В.Н. Россия в этнокультурном измерении: факторы регионализации и пространственные структуры // Региональное развитие и региональная политика России в переходный период. М., 2011. С. 146–176.Orlov A.Yu. Geodemographic studies of ethnoassimilation processes (on the example of the population of the Volga Federal District). Geogr. Prir. Resur., 2011, no. 1, pp. 129–136. (In Russ.).Теренина Н.К. Индекс этнической контактности как инструмент изучения территорий со смешанным национальным составом населения // Псков. регионологич. журн. 2022. Т. 18. № 1. С. 101–116. https://doi.org/10.37490/S221979310018427-2Orlov A.Yu. Historical and geographical aspects of the transformation of the ethnic structure of the population of the Russian Federation. Reg. Issled., 2013, no. 2, pp. 120–124. (In Russ.).Теренина Н.К. Опыт оценки этнической контрастности границ республик Урало-Поволжья // Вестн. Балтийского фед. ун-та им. И. Канта. Сер.: Естественные и медицинские науки. 2023. № 3. С. 40–50. https://doi.org/10.5922/gikbfu-2023-3-3Papyrakis E., Mo P. Fractionalization, polarization, and economic growth: identifying the transmission channels. Econ. Inq., 2014, vol. 52, pp. 1204–1218.Шабаев Ю.П. Демографическая “катастрофа” российских финно-угров: социальная и политическая мотивированность дрейфа идентичностей // Политическая экспертиза: ПОЛИТЭКС. 2023. Т. 19. № 4. С. 634–647. https://doi.org/10.21638/spbu23.2023.409Pokshishevskii V.V. Methods of studying the ethnic mixture of the urban population. Sovet. Etnogr., 1983, no. 1, pp. 16–23. (In Russ.).Шитиков Ф.В. Географические особенности этноконфессиональной ситуации на территории Республики Бурятия // Изв. Иркутск. ун-та. Сер. Науки о Земле. 2015. Т. 11. С. 141–148.Posner D.N. Measuring Ethnic Fractionalization in Africa. Am. J. Pol. Sci., 2004, vol. 48, no. 4, pp. 849–863.Эккель Б.М. Определение индекса мозаичности национального состава республик, краев и областей СССР // Советская этнография. 1976. №2. С. 33–39.Saltykova Yu.A., Saltykov A.S. The need for an expert assessment of the results of the Russian population census in 2021. In Ekspertnye instituty v XXI veke: tsivilizatsionnye i tsifrovye kontseptsii menyayushchegosya mira. Sb. nauch. tr. Vtoroi mezhdun. nauch.-prakt. konf. [Expert Institutions in the 21st Century: Civilizational and Digital Concepts of a Changing World. Collection of Sci. Papers of the 2d Int. Sci. and Pract. Conf.]. Irkutsk, 2023, pp. 305– 307. (In Russ.).Campos N., Saleh A., Kuzeyev V. Dynamic Ethnic Fractionalization and Economic Growth // J. of Int. Trade and Economic. 2011. Vol. 20. P. 129–152.Safronov S.G. Modern trends in the transformation of the ethnic composition of the population of Russia. Baltic Region, 2015, no. 3, pp. 138–153.Casey G., Owen A. Inequality and fractionalization // World Development. 2014. Vol. 56. P. 32 –50.Sidorenko N.A. Ethnic mosaic in the realities of the ethnosocial history of the Crimea of the 20 century. V Mire Nauch. Otkrytii, 2015, no. 3, pp. 2798–2808. (In Russ.).Fedderke J., Luiz J., de Kadt R. Using fractionalization indexes: Deriving methodological principles for growth studies from time series evidence // Soc. Indicators Research. 2014. Vol. 85. P. 257–278.Soroko E.L. Ethnically mixed couples in the Russian Federation. Demogr. Obozr., 2014, vol. 1, no. 4, pp. 96–123. (In Russ.).Greenberg J.H. The Measurement of Linguistic Diversity // Language. 1956. Vol. 32. № 1. P. 109–115.Streletsky V.N. Russia in ethno-cultural dimension: the factors of regionalization and spatial structures. In Regional’noe razvitie i regional’naya politika Rossii v perekhodnyi period [Regional Development and Regional Policy of Russia in the Transition Period]. Moscow, 2011, pp. 146–176. (In Russ.).Manakov A.G. Spatial patterns in the transformation of the ethnic structure of the Russian population between the 1959 and 2010 censuses // Geography and Natural Resources. 2019. Vol. 40. № 2. P. 106–114.Terenina N.K. The index of ethnic contact as a tool for studying territories with a mixed national composition of the population. Pskov. Regionolog. Zh., 2022, vol. 18, no. 1, pp. 101–116. (In Russ.). https://doi.org/10.37490/S221979310018427-2Montalvo J., Reynal-Querol M. Why ethnic fractionalization? Polarization, Ethnic Conflict and Growth // UPF Working Paper № 660. 2002. https://papers.ssrn.com/sol3/papers.cfm?abstract_ id=394926Terenina N.K. Experience of assessing the ethnic contrast of the borders of the republics of the Ural-Volga region. Vestn. Balt. Fed. Univ. Kanta, Ser.: Estestv. Med. Nauki, 2023, no. 3, pp. 40–50. (In Russ.). https://doi.org/10.5922/gikbfu-2023-3-3Papyrakis E., Mo P. Fractionalization, polarization, and economic growth: identifying the transmission channels // Economic Inquiry. 2014. Vol. 52. P. 1204–1218.Shabaev Yu.P. Demographic “catastrophe” of the Russian Finno-Ugric peoples: Social and political motivation for the drift of identities. POLITEKS, 2023, vol. 19, no. 4, pp. 634–647. (In Russ.). https://doi.org/10.21638/spbu23.2023.409Posner D.N. Measuring Ethnic Fractionalization in Africa // Amer. J. Political Sci. 2004. Vol. 48. № 4. P. 849–863.Shitikov F.V. Geographic features of the ethnoconfessional situation on the territory of the Republic of Buryatia. Izv. Irk. Univ., Ser. Nauki o Zemle, 2015, no. 11, pp. 141–148. (In Russ.).

The authors declare that there are no conflicts of interest present.