Рязань
Ryazan
Рязань
Ryazan
В настоящей работе проанализированы закономерности радиального прироста дуба черешчатого (Quercus robur L.) в зональных и интразональных ландшафтах широколиственных лесов и подтайги центра Русской равнины. Хронологии построены для 5 местообитаний, расположенных в контрастных геолого-геоморфологических условиях. Средний радиальный прирост дуба в пределах территории исследования различается в 1.9 раза (1.45–2.74 мм/год), при этом максимальный прирост характерен для пойменных дубрав. С помощью корреляционного анализа в скользящем окне выявлено, что для рассматриваемых хронологий характерно нарушение стационарности связей в системе “климат–прирост древостоев”. Выявлен принципиальный рост увлажненности региональных ландшафтов, начавшийся в 1970-е годы (особенно характерный для осадков сентября–марта), который имел неоднозначные последствия для функционирования дубовых древостоев. В условиях Среднерусской возвышенности, где сочетание ландшафтных факторов обусловливает более высокую дренированность, реакция прироста дуба на возросшее увлажнение была положительной, а главным лимитирующим фактором прироста является засуха. В менее дренированных местообитаниях (Салтыковский прогиб и Мещёрская низменность) возросшее увлажнение оказало негативное воздействие на прирост. Минимальная биопродуктивность (в 1.5 раза ниже зональных значений) зафиксирована в дубовых древостояхных песчаных субстратах Мещёры: фактор рельефа и геологического строения оказался важнее фактора субстрата. Факторы наиболее резкого снижения прироста охарактеризованы методом реперных лет. Полученные результаты показывают, что c 1970-х годов лимитирующим прирост фактором в большинстве изученных ландшафтных обстановок стал избыток увлажнения, но климатический сигнал существенно трансформировался литогенной основой ландшафтов и не может быть адекватно интерпретирован без ее учета.
This paper analyses the radial growth patterns of pedunculate oak (Quercus robur L.) in zonal and intrazonal broadleaf forests and subtaiga landscapes in the centre of the Russian Plain. Tree-ring chronologies were constructed for five habitats located in contrasting geological and geomorphological conditions. The average radial growth of oak trees within the study area varies by 1.9 times (1.45–2.74 mm/year), with the greatest increases typical of floodplain oak forests. A sliding-window correlation analysis revealed that the chronologies under consideration are characterized by a violation of the stationary relationships within the ‘climate–growth of stands’ system. It was revealed that a fundamental increase in the moisture content of regional landscapes since the 1970s (primarily due to increased precipitation from September to March) has had ambiguous consequences for oak stand functioning. In the Central Russian Upland, where a combination of landscape factors results in greater drainage, oak growth responded positively to increased moisture. Drought is usually the main growth-limiting factor. In less drained habitats, such as the Saltykovsky trough and the Meshchera lowland, increased moisture negatively impacted oak growth. The lowest bioproductivity (1.5 times lower than zonal values) was recorded in oak stands in the Luzhkov Depression (Saltykovsky Trough, light grey forest soils), rather than on the low-trophic sandy substrates of the Meschera: factors of relief and geological structure were found to be more important than the substrate factor. The factors responsible for the sharpest decrease in growth are characterised using the pointer years method. The results show that, since the 1970s, excess moisture has limited oak growth in most of the landscapes studied, but the climate signal has been significantly transformed by the lithogenic base of these landscapes and cannot be adequately interpreted without taking this into account.
The authors declare that there are no conflicts of interest present.