sergeogrИзвестия Российской академии наук. Серия географическаяIzvestiya Rossiiskoi Akademii Nauk. Seriya Geograficheskaya2587-55662658-697510.1134/S2587556618060110sergeogr-783Research ArticleТерриториальная организация обществаTerritorial Organization of SocietyРЕГИОНАЛЬНЫЕ СТОЛИЦЫ РОССИИ И ИХ ПРИГОРОДЫ: ОСОБЕННОСТИ МИГРАЦИОННОГО БАЛАНСАRegional Capitals and Their Suburbs in Russia: Net Migration PatternsМкртчянН. В.MkrtchyanN. V.nmkrtchyan@hse.ruНациональный исследовательский университет “Высшая школа экономики”; Институт географии РАНРоссияNational Research University Higher School of Economics; Institute of Geography, Russian Academy of SciencesRussian Federation201819122018062638Copyright © Мкртчян Н.В., 20182018Мкртчян Н.В.Mkrtchyan N.V.Данная работа распространяется под лицензией Creative Commons Attribution 4.0.This work is licensed under a Creative Commons Attribution 4.0 License.https://izvestia.igras.ru/jour/article/view/783

Региональные столицы и их пригороды принадлежат к немногочисленным устойчивым точкам роста населения в России. В статье на основе близости к региональному центру выделены пристоличные территории для 72 региональных центров России (исключая Московскую, Ленинградскую области и ряд других субъектов Федерации). Для их характеристики использовались показатели миграционного прироста (убыли) населения за 2012–2016 гг., рассчитанные на основе Базы данных показателей муниципальных образований как в целом, так и по составляющим, с выделением: 1) внутри-, межрегиональной и международной миграции и 2) показателей миграции по 5-летним возрастным группам. Анализ показал, что миграционный баланс крупных городов и их пригородов не имеет четко выраженной региональной специфики: активно притягивающие мигрантов региональные центры и их пригороды преобладают во всех частях страны, что доказывает распространенность центростремительного тренда миграции. Пригороды от региональных столиц в среднем отличает не только более интенсивный миграционный прирост, но и особенности его структуры. Центры притягивают молодежь, прежде всего в возрасте поступления в вуз; пригороды, напротив, привлекательны для семей с детьми и населения в средних и пожилых возрастах.

Capital cities of the Russian regions and their suburbs demonstrate stability in terms of population increase. In this paper we define suburban areas for 72 regional centers of Russia (excluding Moscow oblast, Leningrad oblast and a set of other federal subjects) based on the proximity to the regional center. In our analysis we used net migration increase/decrease for 2012–2016 calculated on the basis of Municipal Formations’ Indicators database, which also 1) distinguishing between intraregional, interregional and international migration and 2) distributing migration data across 5-year age groups. The analysis shows that net migration patterns of large cities and their suburbs have no regional peculiarities: regional centers and their suburban areas attractive for migrants dominate in all parts of the country reflecting the centripetal trend of migration. Suburbs from regional capitals on average are differed not only more intensive migration increase, but also the peculiarities of its structure. While centers attract mostly young people, primarily at the age of enrolling into a university, suburbs are more popular destinations for families with children, middle-aged people and the elderly.

региональные центрыпристоличные территориипригородымиграциявозраст мигрантовРоссияregional centerssuburban areasuburbsmigrationage of migrantsRussiaРабота выполнена при финансовой поддержке Российского научного фонда. Проект Института географии РАН № 14-18-00083 “География возвратной мобильности населения в сельско-городском континууме”.The study was fulfilled in the Institute of Geography, RAS with financial support of the Russian Science Foundation, project no. 14-18- 00083 “Geography of recurrent mobility of population in rural-urban continuum”.ReferencesБородина Т.Л. Региональные особенности динамики населения России в постсоветский период // Изв. РАН. Сер. геогр. 2017. № 1. С. 47–61.Borodina T.L. Regional features of population dynamics in Russia in the post-Soviet period. Reg. Res. Russ., 2017, no. 1, pp. 47–61.Бреславский А.С. Незапланированные пригороды: сельско-городская миграция и рост Улан-Удэ в постсоветский период / науч. ред. М.Н. Балдано. Улан-Удэ: Изд-во БНЦ СО РАН, 2014. 192 с.Breslavsky A.S. Nezaplanirovannye prigorody: sel’skogorodskaya migratsiya i rost Ulan-Ude v postsovetskii period [Unplanned Suburbs: Rural-Urban Migration and the Growth of Ulan-Ude in the Post-Soviet Period]. Baldano M.N., Ed. Ulan-Ude: BNТs SO RAN Publ., 2014. 192 p.Бреславский А.С. “Пригородная революция” в региональном срезе (Улан-Удэ) // Крестьяноведение. 2017. Т. 2. № 1. С. 90–101.Breslavsky A.S. “Suburban revolution”: the regional case (Ulan-Ude). Krest’yanovedenie, 2017, vol. 2, no. 1, pp. 90–101. (In Russ.).Григоричев К.В. В тени большого города: социальное пространство пригорода. Иркутск: Оттиск, 2013. 248 с.Grigorichev K.V. V teni bol’shogo goroda: sotsial’noe prostranstvo prigoroda [In the Shadow of the Big City: Social Space of Suburbs]. Irkutsk: Ottisk Publ., 2013. 248 p.Григоричев К.В. Субрегиональные миграции и формирование пригорода сибирского города // Мир большого Алтая. 2017. № 1(3). С. 31–42.Grigorichev K.V. Subregional migrations and formation of suburbs of Siberian city. Mir Bol’shogo Altaya, 2017, no. 3(1), pp. 31–42. (In Russ.).Емельянова Н.В., Серебренников Е.Н. Социальнодемографическая оценка качества жизни населения Иркутской агломерации // Вестн. Забайкальского ун-та. 2016. Т. 22. № 6. С. 96–107.Yemelyanova N.V, Serebrennikov E.N. Socio-demographic assessment of the quality of life of the population of the Irkutsk agglomeration. Vestn. Zabaikal’skogo Gos. Univ., 2016, vol. 22, no. 6, pp. 96–107. (In Russ.).Карачурина Л.Б., Иванова К.А. Миграция пожилых в России (по данным переписи населения 2010 г.) // Региональные исследования. 2017. № 3(57). С. 51– 60.Karachurina L.B., Ivanova K.A. Migration of the elderly people in Russia (according to 2010 census data). Regional’nye Issledovaniya, 2017, no. 3(57), pp. 51–60. (In Russ.).Карачурина Л.Б., Мкртчян Н.В. Изменение численности населения муниципальных образований РФ (1989–2010 гг.): центро-периферийные взаимодействия // Вопросы географии. Сб. 135. География населения и социальная география. М.: ИД “Кодекс”, 2013. С. 82–107.Karachurina L.B., Mkrtchyan N.V. Changes in population of administrative districts and cities of Russia (1989–2010): core-periphery proportions. In Voprosy geografii. Sb. 135: Geografiya naseleniya i sotsial’naya geografiya [Problemsof Geography. Vol. 135: Geography of Population and Social Geography]. Alekseev A.I., Tkachenko A.A., Eds. Moscow: Kodeks Publ., 2013, no. 135, pp. 82–107. (In Russ.).Лейзерович Е.Е. Ход концентрации населения в центральных частях субъектов РФ после 1990 года // Трансформация российского пространства: социально-экономические и природно-ресурсные факторы (полимасштабный анализ) // Сб. докладов XXV сессии МАРС / ред. С.С. Артоболевский, Л.М. Синцеров. М.: Институт географии РАН, 2008. С. 173–181.Leizerovich, E.E. Dynamics of population concentration in central regions of Russia after 1990. In Transformatsiya rossiiskogo prostranstva: sotsial’no-ekonomicheskie i prirodno-resursnye faktory (polimasshtabnyi analiz). Sb. dokl. XXV sektsii MARS [Transformation of Geographical Space in Russia: Socio-Economic and Natural Resources Factors (Multiscale Analysis). Proceedings of the XXV Session of International Academy of Regional Development and Cooperation]. Artobolevsky S.S., Sintserov L.M., Eds. Moscow: Inst. Geogr. Ross. Akad. Nauk Publ., 2008, pp. 173–181. (In Russ.).Махрова А.Г., Кириллов П.Л. “Жилищная проекция” современной российской урбанизации // Региональные исследования. 2014. № 4. С. 134–144.Makhrova A.G., Kirillov P.L. The ‘housing dimension’ of contemporary urbanization in Russia. Regional’nye Issledovaniya, 2014, no. 4, pp. 134–144. (In Russ.).Махрова А.Г., Нефедова Т.Г., Трейвиш А.И. Московская область сегодня и завтра: Тенденции и перспективы пространственного развития. М.: Новый хронограф, 2008. 344 с.Makhrova A.G., Nefedova T.G., Treivish A.I. Moskovskaya oblast’ segodnya i zavtra: tendentsii i perspektivy prostranstvennogo razvitiya [Moscow Oblast Today and Tomorrow: Tendencies and Prospects of Spatial Development]. Moscow: Novyi Khronograf Publ., 2008. 344 р.Между домом и… домом. Возвратная пространственная мобильность населения России / ред. Т.Г. Нефедова, К.В. Аверкиева, А.Г. Махрова. М.: Новый хронограф, 2016. 504 с.Mezhdu domom i… domom. Vozvratnaya prostranstvennaya mobil’nost' naseleniya Rossii [Between Home and… Home. Return Spatial Mobility of the Population of Russia]. Nefedova T.G., Averkieva K.V., Makhrova A.G., Eds. Moscow: Novyi Khronograph Publ., 2016. 504 p.Мкртчян Н.В. Пристоличные территории России: динамика населения и миг рационный баланс // Что мы знаем о современных российских пригородах? / отв. ред. А.С. Бреславский. Улан-Удэ: Издво БНЦ СО РАН, 2017. С. 26–36.Mkrtchyan N.V. Suburbian Areas of Russia: population dynamics and migration balance. In Chto my znaem o sovremennykh rossiiskikh prigorodakh? [Who do We Know about Contemporary Russian Suburbs?]. Breslavsky A.S., Ed. Ulan-Ude: BNТs SO RAN Publ., 2017, pp. 26–36. (In Russ.).Нефедова Т.Г., Покровский Н.Е., Трейвиш А.И. Урбанизация, дезурбанизация и сельско-городские сообщества в условиях роста горизонтальной мобильности // Социологические исследования. 2015. № 12. С. 60–69.Nefedova T.G., Pokrovsky N.E., Treivish A.I. Urbanization, de-urbanization and rural-urban communities in the context of growing horizontal mobility. Sotsiologicheskie Issledovaniya, 2015, no. 12, pp. 60–69. (In Russ.).Нефедова Т.Г., Трейвиш А.И. Перестройка расселения в современной России: урбанизация или дезурбанизация? // Региональные исследования. 2017. № 2(56). С. 12–23.Nefedova T.G., Treivish A.I. Transformation of settlement pattern in a present-day Russia: urbanisation or de-urbanisation? Regional’nye Issledovaniya, 2017, no. 2, pp. 12–23. (In Russ.).Нефедова Т.Г., Трейвиш А.И. Теория “дифференциальной урбанизации” и иерархия городов в России на рубеже XXI века // Проблемы урбанизации на рубеже веков / отв. ред. А.Г. Махрова. Смоленск: Ойкумена, 2002. С. 71–86.Nefedova T.G., Treivish A.I. Differential urbanization theory and the hierarchy of Russian cities at the turn of the 21st century. In Problemy urbanizatsii na rubezhe vekov [Problems of Urbanization at the Turn of Centuries]. Makhrova A.G., Ed. Smolensk: Oikumena Publ., 2002, pp. 71–86. (In Russ.).Ford T. Understanding population growth in the periurban region // Int. J. Population Geogr. 1999. № 5(4). P. 297–311.Ford T. Understanding population growth in the periurban region. Int. J. Popul. Res., 1999, no. 5(4), pp. 297–311.Gnatiuk O. Demographic dimension of suburbanization in Ukraine in the light of urban development theories // AUC Geographica [S.l.]. 2017. № 52(2). P. 151– 163.Gnatiuk О. Demographic dimension of suburbanization in Ukraine in the light of urban development theories. AUC Geographica, 2017, no. 52(2), pp. 151–163. DOI: 10.14712/23361980.2017.12Ioffe G., Zayonchkovskaya Zh. Spatial shifts in the population of Moscow region // Euras. Geogr. Econ. 2011. № 52(4). P. 543–566.Ioffe G., Zayonchkovskaya Zh. Spatial shifts in the population of Moscow region. Eurasian Geogr. Econ., 2011, no. 52(4), pp. 543–566.Karachurina L., Mkrtchyan N. Population change in the regional centres and internal periphery of the regions in Russia, Ukraine and Belarus over the period of 1990– 2000s // Bull. Geogr. Socio-econ. Ser. / Szymańska D. and Chodkowska-Miszczuk J. (Eds.). 2015. № 28. P. 91–111.Karachurina L., Mkrtchyan N. Population change in the regional centres and internal periphery of the regions in Russia, Ukraine and Belarus over the period of 1990–2000s. Bulletin of Geography. Socio-Economic Series. Szymańska D., Chodkowska-Miszczuk J., Eds. Toruń: Nicolaus Copernicus Univ., 2015, no. 28, pp. 91–111. DOI: http://dx.doi.org/10.1515/bog-2015- 0018Karachurina L., Mkrtchyan N. The role of migration in enhancing settlement pattern contrasts at the municipal level // Reg. Res. Russ. 2016. V. 6. № 4. P. 332–343.Karachurina L., Mkrtchyan N. The role of migration in enhancing settlement pattern contrasts at the municipal level in Russia. Reg. Res. Russ., 2016, no. 6(4), pp. 332– 343.Kashnitsky I., Mkrtchyan N., Leshukov O. Interregional youth migration in Russia: A comprehensive analysis of demographic statistical data // Voprosy Obrazovaniya (Educational Studies). 2016. № 3. P. 169–203.Kashnitsky I., Mkrtchyan N., Leshukov O. Interregional youth migration in Russia: A comprehensive analysis of demographic statistical data. Voprosy Obrazovaniya (Educational Studies), 2016, no. 3, pp. 169– 203.Kulu H., Boyle P.J. High fertility in city suburbs: Compositional or contextual effects? // Eur. J. Population. 2009. № 25(2). P. 157–174.Kulu H., Boyle P.J. High fertility in city suburbs: compositional or contextual effects? Eur. J. Popul., 2009, no. 25(2), pp. 157–174. DOI: 10.1007/s10680-008- 9163-9Kurek S., Wojtowicz M., Galka J. The changing role of migration and natural increase in suburban population growth: The case of a non-capital post-socialist city (The Krakow Metropolitan Area, Poland) // Moravian Geogr. Reports. 2015. № 23(4). P. 59–70.Kurek S., Wojtowicz M., Galka J. The changing role of migration and natural increase in suburban population growth: The case of a non-capital post-socialist city (The Krakow Metropolitan Area, Poland). Moravian Geogr. Reports, 2015, no. 23(4), pр. 59–70. DOI: 10.1515/mgr-2015-0025Nefedova T.G., Slepukhina I.L., Brade I. Migration Attractiveness of Cities in the Post-Soviet Space: A Case Study of Russia, Ukraine, and Belarus // Reg. Res. Russ. 2016. V. 6. № 2. P. 131–143.Nefedova T.G., Slepukhina I.L. and Brade I. Migration attractiveness of cities in the post-soviet space: acase study of Russia, Ukraine, and Belarus. Reg. Res. Russ., 2016, no. 6(2), pp. 131–143. DOI: 10.1134/S2079970516020088Ourednfcek M. Differential suburban development in the Prague urban region // Geografiska Annaler: Series B, Human Geography. 2007. № 89(2). P. 111–126.Ourednfcek M. Differential suburban development in the Prague urban region. Geogr. Ann. B Hum. Geogr., 2007, no. 89(2), рр. 111–126. DOI: 10.1111/j.1468- 0467.2007.00243.xRérat P. The New Demographic Growth of Cities: The Case of Reurbanisation in Switzerland // Urban Studies. 2012. № 49(5). P. 1107–1125.Rérat P. The new demographic growth of cities: the case of reurbanisation in Switzerland. Urban Stud., 2012, no. 49(5), pp. 1107–1125. DOI: 10.1177/0042098011408935Sander N. Internal migration in Germany, 1995–2010: New insights into East-West migration and re-urbanisation // Comparative Population Studies. 2014. № 39(2). P. 217–246.Sander N. Internal migration in Germany, 1995–2010: New insights into East-West migration and re-urbanisation. Comp. Popul. Stud., 2014, no. 39(2), pp. 217– 246. DOI: 10.12765/CPoS-2014-04enTammaru T., Kulu H., Kask I. Urbanization, Suburbanization, and Counterurbanization in Estonia // Euras. Geogr. Econ. 2004. № 45(3). P. 212–229.Tammaru T., Kulu H. and Kask I. Urbanization, suburbanization, and counterurbanization in Estonia. Eurasian Geogr. Econ., 2004, no 45(3), pp. 212–229. DOI 10.2747/1538-7216.45.3.212Vobecka J., Piguet V. Fertility, Natural Growth, and Migration in the Czech Republic: an Urban-SuburbanRural Gradient Analysis of Long-Term Trends and Recent Reversals // Population, Space and Place. 2012. № 18(3). P. 225–240.Vobecka J., Piguet V. Fertility, natural growth, and migration in the Czech Republic: an urban-suburban-rural gradient analysis of long-term trends and recent reversals. Population, Space and Place, 2012, no. 18(3), pp. 225–240. DOI: http://dx.doi.org/10.1002/psp.698Wulff M., Lobo M. The new gentrifiers: The role of households and migration in reshaping Melbourne’s core and inner suburbs // Urban Policy Res. 2009. № 27(3). P. 315–331Wulff M., Lobo M. The new gentrifiers: The role of households and migration in reshaping Melbourne’s core and inner suburbs. Urban Policy Res., 2009, no. 27(3), pp. 315–331.

The authors declare that there are no conflicts of interest present.